to_underline (to_underline) wrote,
to_underline
to_underline

Слыхали львы



«Слыхали львы, слыхали львы?...» поет хор Метрополитен Опера и хор Московского Академического Музыкального Театра в начале оперы Евгений Онегин.
Да, да, конечно, в либретто «слыхали ль вы» в оригинале. Но я попытаюсь поделиться впечатлениями о постановке бессмертного шедевра в двух увиденных мною подряд версиях, а не впечатлениями о первоисточнике.
Постановку Метоперы в Москве можно увидеть на экранах кинотеатров, в прямой трансляции из Нью-Йорка. Мне полюбились эти трансляции, поскольку титры сделаны очень хорошо (а вы знаете, как порой в опере трудно разобрать слова – трудно настолько, что либретто даже прописывают в программках). Съемка представления выполняется с нескольких камер (в том числе установленных на кран и тележку), переключение с камеры на камеру всегда вовремя (ни одна «оценка» героя не потеряна, все мизансцены поданы во всех деталях). В итоге на экране я увидела оперу гораздо более подробно, чем в театре, сидя в 15 ряду (ну, помните анекдот – три часа общего плана). Правда, на трансляции произошел небольшой сбой, то ли интернет-соединение подвисло, то ли скорости не хватало… Как раз на словах ведущей, представляющей показ, «в опере всякое может случиться» изображение начало сыпаться на пиксели и звук зловеще затрещал. Но все быстро отладилось, и из самой оперы не пропало ни одной нотки.
Представление Метоперы завораживает своим размахом. На сцене толпы крестьян, среди которых отчего-то есть и мулатки. У всех в руках тыквы, колосья пшеницы… Исполняется танец, который подразумевается смесью русского народного танца и какой-то игры. Танец этот больше походил на избиение юной девушки, которую трое парней нещадно швыряли друг другу, подбрасывали вверх, но она при этом осталась жива-здорова. В московском театре сцены с крестьянами нет вообще. Все вступительные песни доносятся из-за сцены. Да и сокращены порядком.
Посмотрев Онегина в версии Метоперы я подумала, ну отчего же такая «клюква»! Неужели нельзя было сделать поизящнее? Московские артисты, я думала, будут ближе к образу русского человека. Как бы не так! Москвичи играли героев без национальности вообще! Все нейтрально – декорации, костюмы…
Главное различие этих двух постановок, конечно, в том, что американская точнее передала суть русской истории, чем московская. Здесь и мотивировки, и действия, и последствия действий – все понятно. Московская же постановка трансформировала классическую историю, которая прекрасна тем, что знакома и понятна, в нечто смешанное по стилю и жанру, что в результате дало впечатление недоделанности.
Например, няня передает письмо Татьяны своему внуку, который его относит Онегину. Для этого няня бежит в рапиде (да, да, изображает рапид) через всю сцену. Ленский застрелен и тело его посередине сцены. Я все думала, как же они его незаметно уберут? Приглушат свет или сменят декорацию?... Однажды я видела балет Баядерка, где танцор, убитый врагом, упал недостаточно близко от кулисы, а потому просто отполз за нее. Видел это весь зал, конечно, что и принял со смехом. В Московском театре с телом Ленского поступили так: вышли подметальщики с огромными швабрами и попросту вымели его в глубь сцены (Ленский услужливо перекатывался с боку на бок). Не слишком приятное зрелище – влюбленный в образе мусора.
С дуэлью Метопера тоже малость опростоволосилась. Сцена развивалась вполне драматично и вот уже спели «Не разойтись ли полюбовно?..… нет, нет…» И вдруг вместо «Вот пистолеты уж блеснули» секунданты подают дуэлянтам ружья! Помилуйте! Какие ружья! Дуэль, а не охота!!! Тут уж не заведешь руку за спину, чтобы другую, с оружием, направить на врага. Пришлось вцепиться обеими руками в ружья…
Если массовые сцены постановки Метоперы наполнены энергией, страстями, темпераментом, которые прекрасно дополняют историю и усиливают эмоциональное восприятие, сопереживание, то в Московской постановке – миманс. Мимический ансамбль вяло перемещается по сцене, засыпая на ходу и усыпляя зрителя – почти во всех сценах, кроме сцены именин Татьяны. Миманс не воспринимается вообще: однотипно одетые люди, неинтересно, невыразительно, бесцельно заполняют сцену. Все. Их функция этим исчерпывается. А ведь могли бы сидеть дома и смотреть телек. Я бы провела время в опере лучше, если бы они были дома перед телеком. С наполненными страстями Онегиным и Татьяной они чересчур диссонируют. Спасибо, что не зевают прямо на сцене.
Придирка к обеим постановкам касательно костюма. «Кто там в малиновом берете с послом испанским говорит?» - спрашивает Онегин про Татьяну. Берета нет ни в Нью-Йорке, ни в Москве. Что, не сумели сшить достойный берет? В чем подвох? Где берет? На сцене нет ни одной дамы в берете. Тем не менее Онегину дают точный ответ. И почему зритель – дурак? Американцы, кстати, одели Татьяну в малиновое платье. Москвичи проигнорировали малиновый цвет даже в деталях.
Зритель принимает обе постановки в полном восторге. По счастью, так или иначе, но музыка Чайковского звучит во всем блеске! Всегда можно закрыть глаза и перенестись в собственные образы, рождаемые этой музыкой и историей.
Маленькая загадочка: какая фамилия Татьяны в замужестве?

Tags: опера, театр
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments